Мне дано все, чтобы жить возвышенной жизнью. А я гибну в лени, разврате и мечтании.
Итак, мы с вами продолжаем идти на дно с очередным кораблем дружбы народов, и нынче у нас брачная регата прекрасной и гордой Британии и скромного японского ялика. И да, утлое суденышко потерпело поражение в первом же раунде, ровно так же, как с первого выстрела прекрасных глаз, соотечественник Сейги прикончил безбашенного американца. Тут, увы, у Японии шансов не было изначально.
читать дальше
Я, наверное, буду больше рекламировать новеллу, поскольку в бешеном восторге от нее. Кроме, пожалуй, «Благословения небожителей», не припомню у себя порыва бросать все и бежать переводить настолько объемные формы. А тут я бы точно сделала исключение, но, увы, английский перевод замер на втором томе, а их там, кажется, больше десяти уже вышло. Не знаю, как японскому автору удалось передать всю красоту и тонкость британского юмора, я бы сказала, это тот редкий случай, как был у нас, когда русский актер оказался лучшим воплощением британского сыщика. Но тем не менее. Юмор, самоирония и ОЧЕНЬ много подтекстов и разного рода занимательных образов. Автор прекрасно и весьма понятно ведет с читателем разговор на непростые и злободневные темы, не впадая в патетику и нравоучения.
Главный герой у нас славный, скромный японский студент по имени Сейги Наката. Чистая, но безмерно простая душа, из серии, той простоты, которая хуже воровства. Поборник справедливости (именно так и переводится дословно его имя) неизменный друг всех старушек, детишек, кошечек и попавших в беду юных дев. Ну, или почти попавших. Или почти дев.
Студент экономического факультета, а потому — бедный, как церковная мышь, отчего и вынужден халтурить на разных подработках. Ах, да, еще он обременен тяжелым семейным анамнезом — бабулей-карманницей, отсидевшей свое в местах не столь отдаленных, чокнутым абьюзером папашей, который, к счастью, к моменту начала истории остался в прошлом, и странной мамулей, которую зовет по имени, а не по статусу. И вот это чудо однажды возвращается с тяжких своих трудов очередной подработки и застает ночной пейзаж японских трущоб: гопники окружили какого-то бедолагу и устроили ему купание в пиве (наверное оказались жертвами рекламы о полезности пивных дрожжей для волос). И наш герой справедливости, бежит спасать униженного и оскорбленного гражданина. Вместе с полицией, которую расторопно позвал с собой, потому что он не Чжан Цилин, а щуплый студент, чьи аматорские занятия карате остались за воротами школы в далеком детстве. И дальше начинается самое интересное — менты схватили злодеев, а спаситель наконец видит, для кого геройствовал. В аниме, конечно, очень постарались передать сотрясение мозга, которое случилось у Сейги при виде Ричарда, но возможности анимации не безграничны, а внутренний визг, который наверняка долетел до Марса, весь вырезали, оставив всего одну куцую фразу, поэтому я тут вам его любезно перевела.
Осторожно, Сейги перешел на ультразвук
«Разгоряченные пьяницы бросились врассыпную и рванули в сторону станции. Остался лишь человек на земле. Он достал из нагрудного кармана носовой платок и вытер им лицо.
— Вы в порядке?
— Вы мой спаситель.
Незнакомец обернулся в свете уличных фонарей.
У него были светлые волосы, голубые глаза и безупречное японское произношение, но именно черты лица привлекали больше всего. Я молился, чтобы он не уловил тихое «ого», которое я выдохнул себе под нос.
Вот вам мое смелое заявление: мне в жизни не встречалось такой красоты. Высокие скулы и идеально вылепленный нос, волнистые локоны, а кожа белая и гладкая, как шелк. Его глаза были такие голубые, что, казалось, я мог бы смотреть в них вечно. Это существо словно вобрало и гармонично вместило в себя черты всех самых красивых людей в мире. Даже время, воздух и частицы пыли кружились вокруг него в ином ритме. Этого было почти достаточно, чтобы поверить в существование божества. И всё могло быть своего рода судьбоносной встречей... Окажись это женщина, я имею ввиду.
Самый красивый мужчина в моей жизни стоял напротив в сером костюме.
Его звали Ричард.».
Чтоб вы понимали, Сейги — это настолько фатальная гейская катастрофа, что даже Хиросиме рядом делать нечего. Чувак на миллион процентов уверен в том, что он натур продукт из серии огурцов с грядки его почившей бабушки. Удобренных чистым навозом, а не какими-нибудь мерзкими химикатами. А тут внезапно судьба-злодейка настигла его... Ричардом.
Наш второй,но фактически, конечно, самый первый, потому что он первый везде и во всем герой — Ричард Ранашина де Вульпиан. В девичестве и втайне — лорд Клермонт. Непроизносимую фамилию, сильно похожую на ругательство, он явно взял себе из ненависти ко всем, кто будет к нему обращаться, а также почтения к своему суррогатному папаше с острова Шри -Ланка, который подставил ему плечо в трудную минуту, которую устроила ему его родовитая и аристократическая семейка. Ричард — это клад. Выражаясь словами Сейги, он — груда золота и драгоценных камней, восьмое чудо света (хотя на самом деле первое, по указанным выше причинам). Красив нечеловечески, совершенно потусторонней красой, изысканный и хладнокровный британец, маньяк и экстремист в вопросах королевского чая с молоком, птица-говорун на всех известных человечеству языках и парочки неизвестных, гениальный ювелир, который знает все на свете про камни и всякого рода побрякушки. Как все зеленоглазые и рыжие турки стали потомками Роксоланы, так и все изысканные британцы, носят в себе ген Шерлока Холмса, а потому периодически Ричард включает дедукцию и ошеломляет клиентов не только своей красой, но и интеллектом. Словом, он — совершенное оружие. Вот почему у милого японского студента не было ни одного шанса удержать в себе свою эфемерную (как мы узнаем позже, существующую только в голове Сейги) гетеросексуальность. Он как Джон Уотсон, который бил себя пяткой в грудь и вопил Я НЕ ГЕЙ! но еще до Шерлока засматривался на полковника Шолто. А наш милаш Сейги подумывал выйти замуж за своего сэмпая с кружка карате, как только подрастет и возмужает. То есть, вы поняли, да?
Ричарда я бы охарактеризовала, как Майкрофта — это невероятно саркастичная сучка, которая умело прячет свою ненависть к людям под маской ледяной невозмутимости и вежливости. А еще он главный претендент на группу риска сахарного диабета до наступления «тридцатника». Жрет сладкое так, словно завтра не наступит. Но в отличии от несчастного британского правительства, он, видимо, не толстеет. И из тех опасных типов, который за конфетку продаст Родину, маму, папу, королевских корги и родовой замок. Ну, может не за конфетку, а за приготовленный Сейги пудинг. И, да, дорогие друзья, судя по всему, у нас тут не только у героя справедливости травма мозга в первую встречу. Ричарда так впечатляет японский «рыцарь» — это цитата, между прочим, от самого Ричарда, — что он при первом же удобном случае сует ему визитку и велит звонить в любое время дня и ночи. К его счастью, не отмершие после волны его радиоактивной красы клетки мозга Сейги выдают ему удобный повод встретиться вновь — мальчик вспоминает о заныканном от мамаши кольце бабули, которое он на всякий случай, чтоб не протухло, хранит в холодильнике, и заверте... Конечно, Ричард не теряется и предлагает буквально первому встречному работу в своем магазине. Мальчишке, который о ювелирном деле знает только две вещи — есть камни драгоценные — это которые блестят на прилавках ювелирных магазинов. И обычные — из тех, что валяются под ногами. Но даже в этом вполне может запутаться и горшок с гранатом перепутать с камнем. Но Ричарду нужен Сейги по «личным» причинам, ага, снова цитата, потому что он уверен, что их встреча — это судьба, а с ней шутки плохи. Иначе бог слеша и крепкого, мужского братства не простит и покарает импотенцией.
В новелле Сейги из десяти раз мысленного упоминания Ричарда максимум дважды называет его по имени. В остальных случаях это вырвиглазные заместительные — «самый красивый мужчина в мире», «непревзойденный красавец», «златовласое божество», «ослепительный владелец магазина» и тд. Громче всего я ржала, когда он окончательно поместил Ричарда в линейку божественных сущностей — «Господь, Будда, Ричард — смилуйтесь надо мной». Не орать и не ржать до хрипа от того, как Сейги озвучивает свои чувства, вдребезги разбивая железный самоконтроль Ричарда просто невозможно (бедняга в своей лавке даже обзавелся подушкой, которую он периодически лупит и в которую орет, когда его накрывает особо глобальная волна эмоций от словесных экспромтов его мальчика на побегушках).
Тут у меня есть подборка особо эпичных моментов.
Что мне хотелось бы отметить в аниме — отчасти оно в некотором смысле голубее канона новеллы, и характеры сильно искажены - от стервозности Ричарда почти ничего не осталось, хотя, конечно, трудно судить, поскольку я прочитала всего два тома. Адаптация очень рваная, пускай и видно, насколько создатели старались впихнуть невпихуемое, но в двенадцать коротких серий невозможно вложить десять томов новеллы. Мне понравились саундтреки, ахаха, как я ржала от откровенно романтического текста заглавной и финальной песен. И видеоряд тоже очень красивый, подчеркивающий отношения персонажей. «Only for you» — вообще серенада сверкающей долины любви.
У аниме красивая рисовка, и хотя все «дела» Ричарда не охватили, основные моменты прозвучали — «нет» любому виду дискриминаций, проблемы отцов и детей, «и что есть красота и почему ее обожествляют люди», старой дружбы и созданных на ее почве иллюзий и тому подобного. Большую часть реплик Ричарда однозначно можно растащить на афоризмы. И все это на фоне огромного пласта информации об истории, мифах и ценности драгоценных камней.
Что я не поняла, потому что вырезали очень много и логика ускользнула, но зато кричала я чайкой — как Сейги, который на английском говорит примерно так же, как я на японском, то есть «коничива» и «сайонара», умудрился превратиться в чистокровную английскую леди, которую одобрила семья Ричарда для вступления в брак? Наверное, это все его умение готовить традиционный пудинг, благодаря которому онприручил дракона, то есть Ричарда.
Да, конечно, тут полно штампов, но они поданы с таким юмором, и автор устами персонажей сам же над ними и прикалывается — в основном, устами Сейги, у которого, как вы помните, словесное недержание при виде Ричарда. Я очень люблю сцену, где Ричард приезжает на своем ягуаре и забирает мокнущего Сейги, рыдающего после прощания с бывшим, на котором хотел жениться в школе. И Ричард такой рыцарь на белом коне, тайно пас свою заблудшую японскую овцу издали, и овца такая: «Какой ужас, правда? Это же типичная мелодрама в твоем стиле: героиня рыдает ночью на улице, а тут прикатывает красавец на спортивной машине и забирает ее под звуки музыки. Камера-то хоть работает?»
Интересный факт номер один — актер, который озвучивал Сейги, так же озвучивал Эша в «Банановой рыбе», а рисовка Ричарда — это на 80% портрет Эша, поэтому я свято уверена — у нас тут имеет место быть реинкарнация, Эш воссоединился со своим Эйджи в этой вселенной, тем более, пасхалка звучит как в новелле, так и в аниме: Ричард спрашивает, кем бы он хотел переродиться. После чего следует душераздирающий итог — мне все равно, лишь бы я в итоге встретился с тобой.
Еще один интересный факт из серии «удивительное — рядом, но оно запрещено». Только слепо-глухая и мертвая бабушка главного героя могла бы счесть это гейское дерьмо крепкой, мужской дружбой после 100500 признаний в любви, отчаянных и чокнутых поступков на фоне традиционных шекспировских страстей — весьма уместных в реалиях Лондона — с лейтмотивом «я за тобой пойду на край света», побегом одиозной пары почти что в Гретна Грин, вероломными родичами, замком с наследством и без пяти минут фиктивным браком. Нет, вы просто посмотрите, как в аниме нам показали на фоне голубого неба и еще более голубых штор, сидят обнявшись, два голубых комсомольца. Или не сидят, а обмениваются брачной клятвой и побрякушками — кольцом и главным наследием семьи Клермонт.
В новелле они еще более женаты, чем в аниме, уж поверьте мне. Потому что БУКВАЛЬНО ВСЕ от случайных продавцов до мамули Сейги и родичей Ричарда считают их любовниками. Я перевела вам частями один из любимых и миллионных моментов, иллюстрирующих непробиваемую тупость Сейги, с которого в очередной раз фонтаном хлещет Фрейд и страдания Ричарда, потому что полюбила я дебила, что ж я в жизни натворила. И еще, как же мило и забавно, что Сейги каждый раз видя своего мужика, визжит про себя так, словно видит его впервые.
Припасть к каноническому описанию здоровой, мужской дружбы
«Внезапно лифт опустился, и из него вышел мужчина со светлыми волосами и голубыми глазами. В шикарном черном жакете и брюках, и блестящих кожаных туфлях янтарного цвета. Естественно, он тут же захватил взгляды всех, кто был в холле. Обычное явление для него, но, в данном случае казалось, будто его заключили в клетку. Я поднял руку и подошел к Ричарду. Мне велели сегодня не надевать джинсы, поэтому я был одет в максимально чистые коричневые брюки и рубашку с воротником.
— Отличная работа. Наверное нелегко тебе пришлось. Три часа не пробило, так что ты не опоздал.
— И давно ты здесь?
— Мы же все равно собирались встретиться, так почему бы не здесь? Это место однозначно навевает воспоминания. Ты и в первый раз сказал нечто подобное.
— В первый раз?
— Да, в нашу первую встречу у полицейской будки Харадзюку. Ты сказал, что мне не обязательно было ждать с тобой конца дачи показаний. Ну что, идем?
— Конечно. Даже если меня задержат, я не собираюсь оставаться
— Понятно. Тогда, вперед.
С чувством, будто предлагаю первую чашку саке, я протянул Ричарду бутылку минеральной воды из автомата. Его там, что, пытались накормить кацудоном, как в драме Сёва? Нет, даже если бы ему и предложили, он не стал бы есть. Вероятно, непринужденно потребовал бы королевского чая с молоком.
— Я не думал, что это займет столько времени.
— Ничего удивительного. Вероятно, они решили максимально насладиться общением с тобой.
Ричард посмотрел на меня так, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Казалось, он изрядно устал. Я сочувственно наблюдал, как он энергично пьет воду. Я думал, его там, по крайней мере, поили. Сегодня его вызвали на допрос по делу балетной труппы «Катаура». Ричард не был подозреваемым, но являлся важным свидетелем. Его уже допрашивали в прошлую пятницу, но из-за крайней запутанности дела, в один раз, видимо, не уложились. Я и представить не мог, что того, кого даже не подозревают, могут так тщательно допрашивать. Очень неприятно. Мы сели в «ягуар», припаркованный на стоянке, Ричард выкрутил руль чуть резче, чем обычно, поэтому я решил не лезть на рожон. Хотя он почти не рассказал мне, как провернул все это дело.
— Хотелось бы уточнить, тебя же спрашивали об изумрудах, да?
— А о чем еще, по-твоему?
— Не злись. Что случилось с тем ожерельем?
— Похоже, теперь оно находится в ведении Департамента по контролю за наркотиками Министерства здравоохранения, труда и социального обеспечения. Мне сказали, что делами, связанными с наркотикам в Японии занимаются именно они, а не полиция, так что... Как-то так. Но я понял, что вся эта тема... до сих пор не для протокола.
Ричард замолчал. Он наверняка успел наговориться сегодня с полицией. Вероятно, сейчас не самое подходящее время использовать его рот для чего бы то ни было. Ладно, давайте попробуем по другому.
— Эй, ты любишь нама-карамель?
— Откуда?
— Я вчера купил на выставке Хоккайдо в актовом зале вокзала. У меня и квитанция есть.
— Я достал из сумки квадратную коробку карамелек. В ней лежали шесть коричневых кубиков, завернутых в бумажку и связанных с обоих концов. Внутри коробка была кирпичного цвета. Конфеты имели насыщенный сливочный вкус, но в них добавили сухофрукты, поэтому послевкусие странно освежало. Целых десять секунд Ричард стонал, как небезызвестный доктор, заключивший сделку с дьяволом, а потом сообщил, что вынужден отказаться, поскольку не может оторвать рук от руля. Понятно. Я снял обертку с конфеты, зажал ее между пальцами и протянул в сторону водителя. Примерно в тот момент, когда мы ждали смены света, прекрасная большая рыба клюнула на приманку. Медленно смакуя и проглатывая сладость, Ричард с неохотой начал свой рассказ.
/далее идет длинный спич Ричарда о деле, и вздохи Сейги о том, какой он умный и великолепный. И, да, он продолжил засовывать конфеты в рот «необычайно привлекательному голубоглазому карпу», дабы тот подобрел/
Не прошло и пятнадцати минут, как «ягуар» подъехал к стоянке Уэно возле концертного зала. Оказалось, двери уже открыли, и разодетые в пух и прах зрители один за другим входил внутрь. Поскольку билеты для нас уже отложили, нам просто нужно было получить их у стойки.
— Проверь.
— А?
Ричард подтолкнул меня и слегка повернулся.
— Как бы то ни было, это место с дресс-кодом. Одежда, волосы, может что-то не так?
— Вовсе нет. Как обычно, передо мной стоит самый красивый мужчина в мире.
Дама за стойкой судорожно закашлялась. У нее была простуда? Если бы у меня остались конфеты, я бы предложил ей, но Ричард все съел. Он принял билеты, назвав мое имя, затем швырнул мне мой, даже не повернувшись, после чего на предельной скорости рванул в зал. Его взволновал парадный выход в свет или он просто нервничал?
— Не бросай меня! Знаешь, я тоже нервничаю. Я впервые пришел в подобное место.
— Я многое хочу тебе сказать, но оставлю это на потом.
— Да. Спектакль начинается.
Представление было потрясающим.
Но, значете что? Некоторые зрители в комментариях орут о том, что у нас тут все строго платонически, и, как и в «Банановой рыбе» NO HOMO.
Потому что есть женская ипостась Ричарда, в которую типа влюблен наш герой — умная и красивая девочка, которая любит камни и минералы больше, чем живых людей. А еще люто шипперит Сейги с Ричардом и волонтерствует на правах друга психотерапевтом по вопросам однополых отношений. Ричард, увы, ее тихо ненавидит по вполне понятным причинам, а мне она очень даже нравится — огромная редкость. Потому что чаще всего женские персонажи в БЛ ужасны и созданы лишь для того, чтобы подчеркнуть любовь главных героев. Тут, конечно, это тоже идет жирной линией, но так грамотно и забавно, что я вообще не против.
Подытоживая все сказанное — я очень советую к прочтению и просмотру эту новеллу и аниме. Еще есть манга, она тоже не вся переведена, и чуточку отличается, как от новеллы, так и от мультика. Так что, дерзайте!
читать дальше
Я, наверное, буду больше рекламировать новеллу, поскольку в бешеном восторге от нее. Кроме, пожалуй, «Благословения небожителей», не припомню у себя порыва бросать все и бежать переводить настолько объемные формы. А тут я бы точно сделала исключение, но, увы, английский перевод замер на втором томе, а их там, кажется, больше десяти уже вышло. Не знаю, как японскому автору удалось передать всю красоту и тонкость британского юмора, я бы сказала, это тот редкий случай, как был у нас, когда русский актер оказался лучшим воплощением британского сыщика. Но тем не менее. Юмор, самоирония и ОЧЕНЬ много подтекстов и разного рода занимательных образов. Автор прекрасно и весьма понятно ведет с читателем разговор на непростые и злободневные темы, не впадая в патетику и нравоучения.
Главный герой у нас славный, скромный японский студент по имени Сейги Наката. Чистая, но безмерно простая душа, из серии, той простоты, которая хуже воровства. Поборник справедливости (именно так и переводится дословно его имя) неизменный друг всех старушек, детишек, кошечек и попавших в беду юных дев. Ну, или почти попавших. Или почти дев.
Студент экономического факультета, а потому — бедный, как церковная мышь, отчего и вынужден халтурить на разных подработках. Ах, да, еще он обременен тяжелым семейным анамнезом — бабулей-карманницей, отсидевшей свое в местах не столь отдаленных, чокнутым абьюзером папашей, который, к счастью, к моменту начала истории остался в прошлом, и странной мамулей, которую зовет по имени, а не по статусу. И вот это чудо однажды возвращается с тяжких своих трудов очередной подработки и застает ночной пейзаж японских трущоб: гопники окружили какого-то бедолагу и устроили ему купание в пиве (наверное оказались жертвами рекламы о полезности пивных дрожжей для волос). И наш герой справедливости, бежит спасать униженного и оскорбленного гражданина. Вместе с полицией, которую расторопно позвал с собой, потому что он не Чжан Цилин, а щуплый студент, чьи аматорские занятия карате остались за воротами школы в далеком детстве. И дальше начинается самое интересное — менты схватили злодеев, а спаситель наконец видит, для кого геройствовал. В аниме, конечно, очень постарались передать сотрясение мозга, которое случилось у Сейги при виде Ричарда, но возможности анимации не безграничны, а внутренний визг, который наверняка долетел до Марса, весь вырезали, оставив всего одну куцую фразу, поэтому я тут вам его любезно перевела.
Осторожно, Сейги перешел на ультразвук
«Разгоряченные пьяницы бросились врассыпную и рванули в сторону станции. Остался лишь человек на земле. Он достал из нагрудного кармана носовой платок и вытер им лицо.
— Вы в порядке?
— Вы мой спаситель.
Незнакомец обернулся в свете уличных фонарей.
У него были светлые волосы, голубые глаза и безупречное японское произношение, но именно черты лица привлекали больше всего. Я молился, чтобы он не уловил тихое «ого», которое я выдохнул себе под нос.
Вот вам мое смелое заявление: мне в жизни не встречалось такой красоты. Высокие скулы и идеально вылепленный нос, волнистые локоны, а кожа белая и гладкая, как шелк. Его глаза были такие голубые, что, казалось, я мог бы смотреть в них вечно. Это существо словно вобрало и гармонично вместило в себя черты всех самых красивых людей в мире. Даже время, воздух и частицы пыли кружились вокруг него в ином ритме. Этого было почти достаточно, чтобы поверить в существование божества. И всё могло быть своего рода судьбоносной встречей... Окажись это женщина, я имею ввиду.
Самый красивый мужчина в моей жизни стоял напротив в сером костюме.
Его звали Ричард.».
Чтоб вы понимали, Сейги — это настолько фатальная гейская катастрофа, что даже Хиросиме рядом делать нечего. Чувак на миллион процентов уверен в том, что он натур продукт из серии огурцов с грядки его почившей бабушки. Удобренных чистым навозом, а не какими-нибудь мерзкими химикатами. А тут внезапно судьба-злодейка настигла его... Ричардом.
Наш второй,
Ричарда я бы охарактеризовала, как Майкрофта — это невероятно саркастичная сучка, которая умело прячет свою ненависть к людям под маской ледяной невозмутимости и вежливости. А еще он главный претендент на группу риска сахарного диабета до наступления «тридцатника». Жрет сладкое так, словно завтра не наступит. Но в отличии от несчастного британского правительства, он, видимо, не толстеет. И из тех опасных типов, который за конфетку продаст Родину, маму, папу, королевских корги и родовой замок. Ну, может не за конфетку, а за приготовленный Сейги пудинг. И, да, дорогие друзья, судя по всему, у нас тут не только у героя справедливости травма мозга в первую встречу. Ричарда так впечатляет японский «рыцарь» — это цитата, между прочим, от самого Ричарда, — что он при первом же удобном случае сует ему визитку и велит звонить в любое время дня и ночи. К его счастью, не отмершие после волны его радиоактивной красы клетки мозга Сейги выдают ему удобный повод встретиться вновь — мальчик вспоминает о заныканном от мамаши кольце бабули, которое он на всякий случай, чтоб не протухло, хранит в холодильнике, и заверте... Конечно, Ричард не теряется и предлагает буквально первому встречному работу в своем магазине. Мальчишке, который о ювелирном деле знает только две вещи — есть камни драгоценные — это которые блестят на прилавках ювелирных магазинов. И обычные — из тех, что валяются под ногами. Но даже в этом вполне может запутаться и горшок с гранатом перепутать с камнем. Но Ричарду нужен Сейги по «личным» причинам, ага, снова цитата, потому что он уверен, что их встреча — это судьба, а с ней шутки плохи. Иначе бог слеша и крепкого, мужского братства не простит и покарает импотенцией.
В новелле Сейги из десяти раз мысленного упоминания Ричарда максимум дважды называет его по имени. В остальных случаях это вырвиглазные заместительные — «самый красивый мужчина в мире», «непревзойденный красавец», «златовласое божество», «ослепительный владелец магазина» и тд. Громче всего я ржала, когда он окончательно поместил Ричарда в линейку божественных сущностей — «Господь, Будда, Ричард — смилуйтесь надо мной». Не орать и не ржать до хрипа от того, как Сейги озвучивает свои чувства, вдребезги разбивая железный самоконтроль Ричарда просто невозможно (бедняга в своей лавке даже обзавелся подушкой, которую он периодически лупит и в которую орет, когда его накрывает особо глобальная волна эмоций от словесных экспромтов его мальчика на побегушках).
Тут у меня есть подборка особо эпичных моментов.
Что мне хотелось бы отметить в аниме — отчасти оно в некотором смысле голубее канона новеллы, и характеры сильно искажены - от стервозности Ричарда почти ничего не осталось, хотя, конечно, трудно судить, поскольку я прочитала всего два тома. Адаптация очень рваная, пускай и видно, насколько создатели старались впихнуть невпихуемое, но в двенадцать коротких серий невозможно вложить десять томов новеллы. Мне понравились саундтреки, ахаха, как я ржала от откровенно романтического текста заглавной и финальной песен. И видеоряд тоже очень красивый, подчеркивающий отношения персонажей. «Only for you» — вообще серенада сверкающей долины любви.
У аниме красивая рисовка, и хотя все «дела» Ричарда не охватили, основные моменты прозвучали — «нет» любому виду дискриминаций, проблемы отцов и детей, «и что есть красота и почему ее обожествляют люди», старой дружбы и созданных на ее почве иллюзий и тому подобного. Большую часть реплик Ричарда однозначно можно растащить на афоризмы. И все это на фоне огромного пласта информации об истории, мифах и ценности драгоценных камней.
Что я не поняла, потому что вырезали очень много и логика ускользнула, но зато кричала я чайкой — как Сейги, который на английском говорит примерно так же, как я на японском, то есть «коничива» и «сайонара», умудрился превратиться в чистокровную английскую леди, которую одобрила семья Ричарда для вступления в брак? Наверное, это все его умение готовить традиционный пудинг, благодаря которому он
Да, конечно, тут полно штампов, но они поданы с таким юмором, и автор устами персонажей сам же над ними и прикалывается — в основном, устами Сейги, у которого, как вы помните, словесное недержание при виде Ричарда. Я очень люблю сцену, где Ричард приезжает на своем ягуаре и забирает мокнущего Сейги, рыдающего после прощания с бывшим, на котором хотел жениться в школе. И Ричард такой рыцарь на белом коне, тайно пас свою заблудшую японскую овцу издали, и овца такая: «Какой ужас, правда? Это же типичная мелодрама в твоем стиле: героиня рыдает ночью на улице, а тут прикатывает красавец на спортивной машине и забирает ее под звуки музыки. Камера-то хоть работает?»
Интересный факт номер один — актер, который озвучивал Сейги, так же озвучивал Эша в «Банановой рыбе», а рисовка Ричарда — это на 80% портрет Эша, поэтому я свято уверена — у нас тут имеет место быть реинкарнация, Эш воссоединился со своим Эйджи в этой вселенной, тем более, пасхалка звучит как в новелле, так и в аниме: Ричард спрашивает, кем бы он хотел переродиться. После чего следует душераздирающий итог — мне все равно, лишь бы я в итоге встретился с тобой.
Еще один интересный факт из серии «удивительное — рядом, но оно запрещено». Только слепо-глухая и мертвая бабушка главного героя могла бы счесть это гейское дерьмо крепкой, мужской дружбой после 100500 признаний в любви, отчаянных и чокнутых поступков на фоне традиционных шекспировских страстей — весьма уместных в реалиях Лондона — с лейтмотивом «я за тобой пойду на край света», побегом одиозной пары почти что в Гретна Грин, вероломными родичами, замком с наследством и без пяти минут фиктивным браком. Нет, вы просто посмотрите, как в аниме нам показали на фоне голубого неба и еще более голубых штор, сидят обнявшись, два голубых комсомольца. Или не сидят, а обмениваются брачной клятвой и побрякушками — кольцом и главным наследием семьи Клермонт.
В новелле они еще более женаты, чем в аниме, уж поверьте мне. Потому что БУКВАЛЬНО ВСЕ от случайных продавцов до мамули Сейги и родичей Ричарда считают их любовниками. Я перевела вам частями один из любимых и миллионных моментов, иллюстрирующих непробиваемую тупость Сейги, с которого в очередной раз фонтаном хлещет Фрейд и страдания Ричарда, потому что полюбила я дебила, что ж я в жизни натворила. И еще, как же мило и забавно, что Сейги каждый раз видя своего мужика, визжит про себя так, словно видит его впервые.
Припасть к каноническому описанию здоровой, мужской дружбы
«Внезапно лифт опустился, и из него вышел мужчина со светлыми волосами и голубыми глазами. В шикарном черном жакете и брюках, и блестящих кожаных туфлях янтарного цвета. Естественно, он тут же захватил взгляды всех, кто был в холле. Обычное явление для него, но, в данном случае казалось, будто его заключили в клетку. Я поднял руку и подошел к Ричарду. Мне велели сегодня не надевать джинсы, поэтому я был одет в максимально чистые коричневые брюки и рубашку с воротником.
— Отличная работа. Наверное нелегко тебе пришлось. Три часа не пробило, так что ты не опоздал.
— И давно ты здесь?
— Мы же все равно собирались встретиться, так почему бы не здесь? Это место однозначно навевает воспоминания. Ты и в первый раз сказал нечто подобное.
— В первый раз?
— Да, в нашу первую встречу у полицейской будки Харадзюку. Ты сказал, что мне не обязательно было ждать с тобой конца дачи показаний. Ну что, идем?
— Конечно. Даже если меня задержат, я не собираюсь оставаться
— Понятно. Тогда, вперед.
С чувством, будто предлагаю первую чашку саке, я протянул Ричарду бутылку минеральной воды из автомата. Его там, что, пытались накормить кацудоном, как в драме Сёва? Нет, даже если бы ему и предложили, он не стал бы есть. Вероятно, непринужденно потребовал бы королевского чая с молоком.
— Я не думал, что это займет столько времени.
— Ничего удивительного. Вероятно, они решили максимально насладиться общением с тобой.
Ричард посмотрел на меня так, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Казалось, он изрядно устал. Я сочувственно наблюдал, как он энергично пьет воду. Я думал, его там, по крайней мере, поили. Сегодня его вызвали на допрос по делу балетной труппы «Катаура». Ричард не был подозреваемым, но являлся важным свидетелем. Его уже допрашивали в прошлую пятницу, но из-за крайней запутанности дела, в один раз, видимо, не уложились. Я и представить не мог, что того, кого даже не подозревают, могут так тщательно допрашивать. Очень неприятно. Мы сели в «ягуар», припаркованный на стоянке, Ричард выкрутил руль чуть резче, чем обычно, поэтому я решил не лезть на рожон. Хотя он почти не рассказал мне, как провернул все это дело.
— Хотелось бы уточнить, тебя же спрашивали об изумрудах, да?
— А о чем еще, по-твоему?
— Не злись. Что случилось с тем ожерельем?
— Похоже, теперь оно находится в ведении Департамента по контролю за наркотиками Министерства здравоохранения, труда и социального обеспечения. Мне сказали, что делами, связанными с наркотикам в Японии занимаются именно они, а не полиция, так что... Как-то так. Но я понял, что вся эта тема... до сих пор не для протокола.
Ричард замолчал. Он наверняка успел наговориться сегодня с полицией. Вероятно, сейчас не самое подходящее время использовать его рот для чего бы то ни было. Ладно, давайте попробуем по другому.
— Эй, ты любишь нама-карамель?
— Откуда?
— Я вчера купил на выставке Хоккайдо в актовом зале вокзала. У меня и квитанция есть.
— Я достал из сумки квадратную коробку карамелек. В ней лежали шесть коричневых кубиков, завернутых в бумажку и связанных с обоих концов. Внутри коробка была кирпичного цвета. Конфеты имели насыщенный сливочный вкус, но в них добавили сухофрукты, поэтому послевкусие странно освежало. Целых десять секунд Ричард стонал, как небезызвестный доктор, заключивший сделку с дьяволом, а потом сообщил, что вынужден отказаться, поскольку не может оторвать рук от руля. Понятно. Я снял обертку с конфеты, зажал ее между пальцами и протянул в сторону водителя. Примерно в тот момент, когда мы ждали смены света, прекрасная большая рыба клюнула на приманку. Медленно смакуя и проглатывая сладость, Ричард с неохотой начал свой рассказ.
/далее идет длинный спич Ричарда о деле, и вздохи Сейги о том, какой он умный и великолепный. И, да, он продолжил засовывать конфеты в рот «необычайно привлекательному голубоглазому карпу», дабы тот подобрел/
Не прошло и пятнадцати минут, как «ягуар» подъехал к стоянке Уэно возле концертного зала. Оказалось, двери уже открыли, и разодетые в пух и прах зрители один за другим входил внутрь. Поскольку билеты для нас уже отложили, нам просто нужно было получить их у стойки.
— Проверь.
— А?
Ричард подтолкнул меня и слегка повернулся.
— Как бы то ни было, это место с дресс-кодом. Одежда, волосы, может что-то не так?
— Вовсе нет. Как обычно, передо мной стоит самый красивый мужчина в мире.
Дама за стойкой судорожно закашлялась. У нее была простуда? Если бы у меня остались конфеты, я бы предложил ей, но Ричард все съел. Он принял билеты, назвав мое имя, затем швырнул мне мой, даже не повернувшись, после чего на предельной скорости рванул в зал. Его взволновал парадный выход в свет или он просто нервничал?
— Не бросай меня! Знаешь, я тоже нервничаю. Я впервые пришел в подобное место.
— Я многое хочу тебе сказать, но оставлю это на потом.
— Да. Спектакль начинается.
Представление было потрясающим.
Но, значете что? Некоторые зрители в комментариях орут о том, что у нас тут все строго платонически, и, как и в «Банановой рыбе» NO HOMO.
Потому что есть женская ипостась Ричарда, в которую типа влюблен наш герой — умная и красивая девочка, которая любит камни и минералы больше, чем живых людей. А еще люто шипперит Сейги с Ричардом и волонтерствует на правах друга психотерапевтом по вопросам однополых отношений. Ричард, увы, ее тихо ненавидит по вполне понятным причинам, а мне она очень даже нравится — огромная редкость. Потому что чаще всего женские персонажи в БЛ ужасны и созданы лишь для того, чтобы подчеркнуть любовь главных героев. Тут, конечно, это тоже идет жирной линией, но так грамотно и забавно, что я вообще не против.
Подытоживая все сказанное — я очень советую к прочтению и просмотру эту новеллу и аниме. Еще есть манга, она тоже не вся переведена, и чуточку отличается, как от новеллы, так и от мультика. Так что, дерзайте!
@темы: Рецензии, Мысли, #аниме, #Дела_ювелира_Ричарда, #The_Case_Files_of_Jeweler_Richard, #японские_геи, #Housekisho_Richard-shi_no_Nazo_Kantei
И фильтр на откровенный бред пока не засорился. Однако, чудо трава УД меня не отпускает, так что я погрузилась в мир роликов на ютубе, поскольку фиков довольно мало, а те два, что невероятно мне зашли, очевидно, ожидают моего перевода, и, надо же, фанаты наклипали такие роскошные видео, что я загорелась и решила посмотреть еще одну дораму, где играет И Лун, потому что прекраснее его Шэнь Вея может быть только его Ло Фушен. После аристократического и сдержанного воина-профессора, эта обаятельная оторва немедленно взяла меня в свой плен. Я обожаю Imagine Dragons и эту песню в частности, а уж как она подходит этому персонажу, просто слов нет. Рыдайте музы (
